Это наш Дом Без Ключей...

Архив Василия Демешкина. Часть 7.


Всю вырабатываемую посуду, годную для пивоваренных и водочных заводов, паковали в рогожные кули особые кладчики для посуды, с пометкой своей фамилии, сокращённо. Погрузка производилась ежедневно, и подача вагонов была не ограничена - сколько угодно: вагон, два или даже пять – в зависимости от наличия. Большого запаса на станции не было даже. Грузили с подвод, отправляли более на заводы в Москву, как, например, Трёхгорному Пивоваренному заводу и другим, - грузили только вполне годную для этих заводов посуду; а погрузка происходила брачная, то эта грузилась специально на Склад в Москву, где её покупали для нужд другого потребления. Никаких актов о негодности не составлялось, - негодную не грузили на водочные и пивоваренные заводы. Никакого боя не было, так как упаковка была качественная, и сам кладчик посуды был заинтересован в этом – не получить штрафа за бой.

С момента пуска и работы трёх ванных печей Московский Склад вынуждены были увеличить, так как все вагоны с продукцией шли через склад, а там сам покупатель, согласно накладной, приложенной в вагоне, брал то количество, какое ему требуется, ту или иную посуду. Если же посуда была не та, какая ему требуется, то брали из запаса, а пришедшую, если она ему не требуется, выгружали в склад. Особых трудов с кулями не было, так как они были не очень тяжёлые и хорошо упакованные. Их сгружали спешно: пришедший вагон с посудой с того или иного завода вновь нагружался обратно стеклобоем, в котором наш завод имел большую потребность. Так как вся отправляемая в адреса тех заводов посуда поступала в очень скором времени, никакой задержки не было - железная дорога доставляла очень аккуратно. Прибывшая с Храповицкой ветки на Волосатую посуда отправлялась тут же, с первым товарным составом, потому что они были заинтересованы этим стекольным заводом, имея уважение со стороны заводчика Голубева.

Всю упакованную посуду возили возчики деревни Галанино; вначале задействовано было 15 лошадей, а последнее время их стало ходить уже более 20, а иногда доходило и до 30 лошадей из двух деревень и из самого завода. Частично иногда помогали из деревни Малюшино, и уже стали приобретать лошадей и наши выходцы из рабочих, которым надоело работать в гуте, – эти жили около завода, как, например, Смирнов Иван Антонович, братья Капустины – Фёдор Васильевич и Егор Васильевич, Асотов Алексей Кириллович, Голубев Павел Алекс, Скворцев Яков Гаврилович, Кабанов Алексей Сергеевич, Шкетов Иван Викторович и ряд других возчиков.

Количество грузов приходило ежедневно от 5 до 8 вагонов – как материалов, так и продуктов питания. Так как первое время станция Храповицкая II ещё не была построена, то поезда доходили до станции Храповицкой I и далее на Болотское, - нашу продукцию возили на Болотский тупик, который в настоящее время использован Ликинским Доломитным карьером под погрузку доломитовой муки. Там наш Стекольный завод построил временный склад для хранения всех грузов – он находился от стеклозавода примерно в 17 верстах. Склад был не очень большой – не более, как на два вагона посуды и три вагона разных материалов. Да большой и не требовался - вагоны подавали ежедневно, сколько угодно. На Храповицкую ветку вагоны подавались в неограниченном количестве, а тем более, что прибывшие с грузом продуктов питания для стекольного завода обратно не уводили, а грузили той посудой, которая имелась и будет доставлена в тот день. Сами возчики делали почти ежедневно примерно две поездки. 15-20 лошадей брали 250-280 кулей с посудой, а обратно клали другой груз – бой и сульфат в бочках, и иные материалы и продукты.

А теперь - какое движение было тех возчиков.

Чтобы не было простоя в поездках, сами возчики между собой договаривались брать всю пакованную посуду, какая имеется, раскладывая все кули пропорционально, а так же и обратный груз, кому чего везти, – согласно упитанности лошадей. Можно привести такой пример - самые хорошие, упитанные лошади были: у Котова Ивана Тимофеевича – 3 лошади, у Павлова Макара Ф. – 2 лошади, у Соколова Павла Ивановича – 2 лошади. Эти лошади брали обратный груз, как то: сульфат в бочках и стеклобой, а также, когда приходил вагон или два с мукой, то её тут же, из вагона, поднимали таким количеством лошадей. Но так как расстояние очень далёкое (делали ежедневно 70 вёрст), возчики, чтобы не утруждать своих лошадей, делали в неделю вместо 12 поездок только 9, без ущерба на то. Но когда открылась Храповицкая II, то расстояние стало только 6-7 вёрст, и положение очень улучшилось. Был построен больший склад для посуды и материалов, и сами возчики стали делать не две, а иногда даже по четыре поездки. Нагружали груз со станции Храповицкой II, оставляли его у себя в деревне на ночь, а утром его привозили на стеклозавод и там брали упакованную посуду. А когда стали работать три печи, и отправка увеличилась - стали уже возить на склад в запас до первой погрузки её. Все грузы приводили в адрес стеклозавода и его магазинов и отправляли без задержки, так как стеклобой и сульфат был очень нужен.

 

Tasha.
Фото автора.
Судогда, 14 октября 2011 г.





Архив Василия Демешкина. Часть 7.